Юлианский календарь

В 325 г. н. э. на  Никейском церковном соборе  принят для всего христианского мира юлианский календарь, согласно которому весеннее равноденствие приходилось на 21 марта. Это был важный момент для церкви, так как новое летосчисление влияло на  определение дня празднования Пасхи. Как известно, юлианский календарь не точен,  каждые 128 лет накапливаются лишние сутки, с течением времени действительное весеннее равноденствие не соответствует календарному и приходится  на все более раннее время: сначала на 20 марта, затем на 19, 18 и т. д.  Ко второй половине 16 в. ошибка составила уже 10 дней. Неточность юлианского календаря была обнаружена в первой четверти 14 в. В 1324 г. византийский ученый Никифор Григора обратил внимание императора Андроника II на то, что весеннее равноденствие уже не приходится на 21 марта и, значит, пасха будет постепенно отодвигаться на более позднее время. Никифор Григора считал необходимым исправить календарь и  соответственно расчет времени наступления Пасхи.  Однако предложение Григора не было реализовано, так как император посчитал, соглашения между отдельными православными церквями достигнуть не удастся.

На неточность юлианского календаря обращал внимание  и греческий ученый Матвей Властарь, живший в 14 веке в Византии. Однако он видел в данной неточности некоторое «преимущество», при котором запаздывание православной пасхи позволяет ей не совпадать с еврейской пасхой, одновременное празднование которых было запрещено церковными канонами. Интересно отметить, что византийский ученый Исаак Аргир,  понимавший необходимость корректировки юлианского календаря и правил расчета пасхалий, в 1373 г считал данное дело бесполезным.  Аргир верил, что через  119 лет будет «светопреставление» и конец мира, так как исполнится 7000 лет «со дня сотворения мира». Зачем же реформировать календарь, если людям осталось так мало жить.

Многие представители католической церкви также понимали и неоднократно высказывали мнения о необходимости исправления юлианского календаря.